— Не понимаю, — повторила Мэри. — Я позвоню в мастерскую и спрошу, могут ли они исправить такие повреждения. Том, это случилось ночью. Пока мы спали. Звуки, которые я слышала…

— Тише, — прошептал Том. Няня двигалась к ним, уходя от ванной. Громко жужжа мотором, щелкая переключателями и реле, она проехала мимо них медленнее, чем обычно, и как-то устало. Изнутри доносились скрежещущие звуки. Том и Мэри повернулись и проводили ее глазами.

— Мне бы не хотелось, — прошептала Мэри.

— Не хотелось чего?

— Не хотелось, чтобы нечто подобное повторилось снова. — Она посмотрела на мужа глазами, полными тревоги. — Ты ведь знаешь, как ее любят дети… и нуждаются в ней. Без няни они будут одиноки и в опасности. Как ты думаешь?

— Может быть, больше ничего не случится, — ответил Том, стараясь успокоить ее. — По-видимому, это был несчастный случай. — Однако сам он не верил в это. То, что произошло с няней, не было несчастным случаем.

Он выкатил из гаража свой ракетный автомобиль, развернул его так, что грузовая площадка оказалась вровень с крыльцом, и вышел из машины. Не понадобилось и минуты, чтобы погрузить с трудом передвигающуюся няню; затем Том сел на место водителя и помчался через город в ремонтные мастерские «Сервис Индастриз, Инкорпорейшн».

Механик в белом комбинезоне, покрытом масляными пятнами, встретил его у входа.

— Снова неприятности? — устало спросил он; позади, в глубине длинного, с городской квартал, здания, стоял ряд разбитых искареженных нянь. — Что произошло с ней?

Том молчал, не желая объяснять. Он скомандовал няне выйти из грузового отделения, предоставив механику самому делать выводы.

Грустно качая головой, механик встал и вытер грязь с рук.

— На ремонт потребуется немалая сумма: придется менять все нервоприводы.